Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: драббл (список заголовков)
22:24 

Маскировка

Шизофрения, как и было сказано
— Чёртов фрик, — проворчала Салли Донован, мрачно глядя на тёмное складское здание. — Может, его там прибьют, пока мы ждём группу захвата?

— Сержант! — раздражённо рявкнул Лестрейд. — Это заложник! Гражданский заложник, — произнёс он с нажимом.

Донован непримиримо фыркнула.

— Он сам виноват, нечего было лезть! Пусть бы его спасал его докторишка, избавились бы от обоих этих придурков.

— О, чёрт! Кто-нибудь сказал Джону, что их нашли? — Детектив-инспектор схватился за щёку, словно у него заболел зуб, вытащил мобильник и отошёл в сторону.

— Кто такой Джон? — тихо спросил сержант Хоуп, новичок в этой команде. О Шерлоке Холмсе он уже был наслышан, причём все отзывались о нём, как о на редкость неприятном человеке, даже если называли при этом гением.

— А, никто. Бегает за фриком хвостиком, в рот ему заглядывает, — пренебрежительно сообщила Салли. — Вроде доктор. Ничего из себя не представляет, так, бесплатное приложение к Холмсу. Только и слышно: «Ах, Шерлок, это потрясающе! Ах, Шерлок, это изумительно!» Рыба-прилипала. Вроде друг — будто с этим психом можно дружить! Хотя кое-кто говорит, что они голубки.

— Его мобильный отключен, — хмуро сказал Лестрейд, возвращаясь. — Надеюсь, он не…

Из здания послышались выстрелы, перешедшие в беспорядочную пальбу, кто-то закричал. Донован дёрнулась — в этом вопле слышался смертельный ужас.

— Твою мать! — инспектор прикрыл лицо рукой. — Ну как я это объясню, а?

Ворота склада чуть приоткрылись, наружу выглянул невысокий светловолосый мужчина в чёрной куртке, крикнул:

— Чисто! Скорую сюда!

Лестрейд сорвался с места.

— Джон! Какого хрена, ты подождать не мог?! Группа захвата в пути! Там хоть кто-то живой остался?

— Возле входа слева. Да, им тоже нужна медицинская помощь, но это не срочно. — Он едва заметно усмехнулся. — Они могут и подождать, в отличие от Шерлока.

Врачи с носилками и детектив-инспектор забежали внутрь.

Этот Джон? — уточнил Хоуп у Донован, стоявшей с приоткрытым ртом.

Она медленно кивнула.

Ворота склада распахнулись, Лестрейд крикнул:

— Свободные врачи, сюда! Криминалисты, за работу! Труповозка ещё не прибыла? Дайте отбой группе захвата!

Он посторонился, давая дорогу медикам с носилками. Хоуп глянул на маленького серого человечка, который шёл рядом с ними, спокойно улыбаясь лежащему на каталке Холмса. Тот смотрел на своего — друга? любовника? — с восторгом и что-то беспрерывно говорил, постоянно сдвигая кислородную маску, которую Джон с мягкой настойчивостью снова и снова прижимал к его лицу.

— Что-то не похож он на рыбу-прилипалу. Скорее, на песчаную акулу, — задумчиво сказал Хоуп, провожая взглядом ещё нескольких медиков, бегущих к складу. — С очень хорошей маскировкой. Не заметишь, как без ноги останешься... Или без головы.

— Пять, мать их, трупов! — простонал подошедший инспектор. — Что мне писать в отчёте?! Что они сами застрелились? Сигареты есть? — Сержанты дружно замотали головами. Лестрейд выругался. — За работу, что стоите?

Донован, подойдя к зданию, оглянулась на первую скорую, в которую уже погрузили фрика, и встретилась глазами с «бесплатным приложением к Холмсу». Спокойный взгляд уверенного в себе человека и добрая улыбка заставили её вздрогнуть. Ей показалось, что мимо прошёл страшный хищник, обратив на неё внимания не более, чем на камни под ногами. Сержант нервно сглотнула и поспешила войти в склад. Её мировоззрение только что перевернулось с ног на голову, и теперь ей нужно было научиться с этим жить.


@темы: фанфик, драббл, Шерлок

04:49 

Какая-то чушь

Шизофрения, как и было сказано
Шерлок открыл глаза и нахмурился, глядя в тёмный потолок спальни. Какое-то… Какой-то бред. Несколько секунд он принюхивался и прислушивался, пытаясь понять, на каком он свете.

Пронзительный аромат хвои из гостиной проник во все уголки квартиры. Джон хотел живую ёлку, но был против вырубки деревьев. Потому они купили небольшую ель в горшке. Кто же мог знать, что деревце в четыре фута высотой умудрится пахнуть на весь дом? А ведь были ещё гирлянды…

Ёлочку Шерлок украсил лично, никому не доверяя столь ответственное дело. Зато отдал на откуп Джону и миссис Хадсон всё остальное. В результате канители и мишура проникли даже в спальню и сейчас слегка поблёскивали в отсветах уличных фонарей.

Ещё пахло спиртным. Вернее, человеком, несколько часов назад выпившим пару бокалов шампанского и немного виски. Шерлок наконец улыбнулся. Пахло правильно.

Вчера — нет, уже сегодня — они отпраздновали Новый Год. Втроём: Джон, Шерлок и миссис Хадсон. На Рождество у них была целая толпа, даже Салли Донован припёрлась вместе с Лестрейдом. А Новый Год был только для них двоих, миссис Хадсон почти не мешала.

Но — Шерлок потер лоб — отчего ему после такого хорошего вечера приснился такой идиотский сон?

В этом сне он был абсолютно одинок и устрашающе нелогичен. Ладно, предположим, ради спасения жизни Джона он действительно готов прыгнуть с крыши. И Майкрофт, эта напыщенная задница, и правда мог подставить его под удар и не иметь возможности помочь. Хотя забавно, что врагом оказался именно Мориарти, словно Джон его не застрелил тогда в бассейне. Это всё ещё можно было понять — Шерлок иногда мечтал о подобном противнике — любителе хорошей, опасной игры.

Но потом… Шерлок даже зажмурился на секунду. Целых два года он притворялся мёртвым и не подал Джону весточки?! Нет, это ерунда. Этого просто не могло случиться! Он бы никогда так не поступил.

А дальше сон стал откровенно абсурдным. Поезд метро, в котором никто не мог сосчитать вагоны? О да, это, конечно, дело для гения, вагоны пересчитывать да бомбы выключателями отключать.

Но самое страшное заключалось в другом. Джон нашёл себе невесту и заставил Шерлока быть шафером на их свадьбе. А невеста оказалась наёмной убийцей. И Шерлок её не вычислил! Ну да, саркастически подумал он, это же не вагоны считать, это же думать надо…

Какой бред!

Шерлок сел и посмотрел на правую половину кровати, ощущая невольную улыбку, тронувшую губы. После алкоголя Джон всегда тихонько похрапывал, и это было забавно. Вот он причмокнул губами и зашарил по постели рукой. Не найдя Шерлока на месте, он снова причмокнул и открыл заспанные глаза.

— Шрлок? Тʼчего? Кшмар прснился?

Шерлок улыбнулся.

— Да так, ерунда. Не надо было столько есть перед сном.

— Да сколько там было, — Джон заговорил отчётливей. — Жаркое да кусочек пирога.

— Вот именно! Жуткое обжорство!

Джон засмеялся.

— Иди сюда, обжора.

Шерлок с удовольствием подчинился, уложив голову Джону на грудь и поймав его ладонь, легко провёл кончиками пальцев по обручальному кольцу. Джон нежно фыркнул ему в волосы.

— Собственник.

— Мне нравится, что на тебе моё кольцо. А на мне — твоё. Это правильно.

— Ага-а-а… — Джон зевнул. — Второй год на мне это кольцо, а ты его каждый день ощупываешь.

— Мне нравится, — повторил Шерлок.

— Спи, любимый. — Джон на миг прижался губами к взлохмаченным кудрям. — Кольцо у меня с пальца не убежит. И я от тебя тоже. А сон свой утром расскажешь.

Шерлок чуть напрягся. Рассказать? Сказать «Мне снилось, что я не доверял тебе, Джон», «Мне снилось, что я лгал тебе, Джон», «Мне снилось, что ты делал мне больно, Джон»? Нет уж. Приснится же такое!

— Я уже забыл, что мне снилось, — шепнул Шерлок. — Просто какая-то бессмысленная чушь.


@темы: Шерлок, флафф, драббл, Джон Ватсон

03:07 

Всё хорошо

Шизофрения, как и было сказано
У вас всё хорошо. Просто замечательно.

Ты повторяешь это себе снова и снова — в надежде поверить. Ты думаешь, что глупо было бы ожидать чего-то иного. Ты не хочешь его менять, лишь время от времени шипишь, чтобы он вёл себя чуть вежливее с посторонними. Не для того, чтобы он изменился — только чтобы не получил по морде. Или по самолюбию. Он отмахивается от тебя. Для него всегда важнее результат.

Ты смеёшься с ним вместе, даже если он смеётся над тобой.

Ты стараешься не мешать, хотя у тебя не всегда это получается. Иногда вы ругаетесь, и потом ты всегда просишь прощения. Ты знаешь, что он не извинится, и убеждаешь себя, что это не из-за равнодушия, а лишь потому, что ему слишком трудно признать себя неправым.

Первый шаг всегда делаешь ты. Он не возражает.

Он не возражает, когда ты целуешь его. Не возражает, когда затаскиваешь его в постель. Не возражает, когда ты пытаешься обнять его на диване — всего лишь каменеет всем телом, и ты тут же опускаешь руку и извиняешься. Снова.

Ты привыкаешь не трогать его во время экспериментов, привыкаешь не звать его в постель, когда у него есть дело. Ты всё понимаешь.

Иногда тебе становится холодно под его пронизывающим взглядом.

Ты говоришь, что любишь его. Он не возражает.

Просто не отвечает.

Прослеживая кончиком пальца венки на его возбуждённом члене, ты слушаешь его тяжёлое дыхание и жалеешь, что он никогда не стонет. Он всегда молчит в постели, но ты не рискуешь просить его не сдерживаться. Ты знаешь, что он тебе не возразит — но и не послушается.

Он кончает тебе в ладонь с напряжённым выдохом. Всё, что будет дальше, ты уже выучил наизусть. Немного отдышавшись, он быстро доведёт тебя до оргазма (ты изо всех сил будешь пытаться не применять к его действиям термин «механически») и уйдёт к себе. Он никогда не остаётся.

У вас всё хорошо.

Ты веришь в это.

«Вера — признание чего-либо истинным без предварительной фактической или логической проверки, единственно в силу внутреннего, субъективного непреложного убеждения, которое не нуждается для своего обоснования в доказательствах, хотя иногда и подыскивает их». Когда ты случайно видишь это определение, то быстро закрываешь ссылку и пару минут сдерживаешь смех. А может, слёзы.

Так продолжается до тех пор, пока ты однажды не выталкиваешь его из-под пули.

Он выбивает оружие из рук преступника, бьёт его с такой силой, что тот падает почти без сознания, и бросается к тебе. Разрывает на тебе рубашку со сдавленным рычанием, приказывая тебе заткнуться на твои слова о царапине. Убедившись, что ты и вправду почти невредим, он снова бьёт негодяя, крича, что убил бы его, если бы ты пострадал серьёзно. Ты с трудом убеждаешь его успокоиться.

Вечером он уступает тебе свою спальню, ведь ты ранен. Ты уговариваешь его остаться. Он не спит всю ночь, сидя рядом с тобой.

Днём, устроив тебя на диване, он усаживается рядом и неестественно пристально смотрит в телевизор. Ты осторожно дотрагиваешься до его плеча. Он напрягается на миг, а потом вдруг обмякает и прижимается к тебе со звуком, напоминающим всхлип.

Вы больше никогда не спите порознь. Теперь ты знаешь его секрет: оказывается, он шепчет твоё имя во сне.

У вас всё хорошо.

Ты больше не веришь в это. Потому что знаешь.


@темы: hurt/comfort, Джон Ватсон, Шерлок, драббл, романтика, фанфик - слэш

07:40 

Важнее всего

Шизофрения, как и было сказано
Вжаться губами в его губы. Отчаянно, жадно, до боли. Потому что это не голод, не жажда, не желание - нужда. Жизненная необходимость.

Потому что жив. Потому что он жив. Оказалось, что это так много значит. Оказалось, что проще с крыши - чем его под пулю.

Оказалось, без разницы как - лишь бы жив. Лишь бы сердце билось. Пусть злится, пусть бьёт, пусть в кровь - лишь бы жив.

Вжаться губами - не страсть, страх. Почувствовать его дыхание, стук сердца, тепло тела. Пусть оттолкнёт - узнать доказательства жизни. Его жизни.

Жар рта, жар рук, жар объятий - что это?

Он отвечает.

Ему тоже нужны доказательства.

Трясутся руки, подгибаются колени.

Тихое: "Ш-ш-ш, не бойся".

Но страх и страсть так похожи - от обоих расширяются зрачки, и бьёт дрожь, и слабый скулёж срывается с губ...

И нет ничего больше в целом мире - кроме его губ, его рук, его дыхания на коже и его сердца.

Живого.

Тёплого.

Сильного.

Нежного.

Улыбается. Прижимает к себе так же отчаянно, так же жадно.
Шепчет: "Никогда больше. Никто. Только вместе".

Вместе.

И это важнее всего.


@темы: фанфик - слэш, романтика, Драббл

23:25 

Не нужно

Шизофрения, как и было сказано
— Скажите это, Джон. Вам нужно сказать это. Вслух.

— Да…

***

<i>Вот и всё.

Не нужно больше беспокоиться и волноваться. Не нужно вскакивать среди ночи. Не нужно отпрашиваться с работы. Не нужно постоянно прислушиваться к телефону — не пискнет ли сигнал смс-ки… Кто теперь будет ему писать? Только рекламные рассылки да сообщения от оператора связи. Их не нужно читать. Не нужно…

Самое страшное уже случилось.

То, чего боялся с самого начала, с того момента, когда этот сумасброд добровольно сел в такси к убийце. То, из-за чего старая, как само человечество, молитва «Боже, дай мне жить» сменилась на не менее истовое «Пусть я умру, господи, но только не он».

Не сработало.
</i>
***

— Вам нужно сказать это вслух.

— Да…

***

<i>Нужно ли? Уже ничего не нужно.

Он сам уже не нужен.

Похоронами занялся Майкрофт, слишком ясно дав понять, что помощь ему не нужна. Его помощь не нужна. Он не нужен.
Не нужен, потому что когда был нужен — не помог. Не сумел.
Шерлок покончил с собой.

Зачем? Зачем?! Ведь в этом нет никакого смысла! Неужели, как эгоистичный подросток, руководствовался детским «Вот умру, и все пожалеют!»? Не пожалеют, нет. Журналисты радостно вгрызлись в его труп, считая самоубийство последним доказательством, признанием вины. А сам Шерлок… Что за чушь он нёс на той проклятой крыше?! Почему говорил о себе, как о лжеце? Почему пытался заставить поверить в клевету?

Невозможно. Невозможно постоянно быть свидетелем гениальности — и не верить в неё. Да, остальные могли, но они не жили с этим гением, не видели ежедневных, ежеминутных доказательств этой удивительной работы мысли!
</i>
***

— Вам нужно сказать это вслух.

— Да…

***

<i>Признаться? В чём? В том, что Шерлок ему был нужен гораздо больше, чем он сам Шерлоку? Что он жил им, дышал им, восхищался им?

Зачем?

Что могут изменить слова? Он сказал уже всё, что должен был: он просил Шерлока быть живым. Как угодно, кем угодно, только живым! Он бы последовал за Шерлоком везде и всюду…

Но не туда.

Шерлок оживил его, вытащил его из жесточайшей депрессии, дал смысл жить дальше — и отнял этот смысл. Но оставил само желание жить. Где бы ещё найти силы для этого…

Нужно. Нужно жить. Нужно бороться, нужно отвлечься. Нужно искать — не новый смысл, что лгать себе, но хотя бы причину.

Раз уж сам оказался не нужен. Раз его усилий не хватило для того, чтобы Шерлок остался жив. Раз не смог понять, не сумел поддержать, удержать… Раз виноват.</i>

***

— Вам нужно сказать это вслух.

***

<i>А за окном дождь. Грёбаный символизм. Шерлок бы посмеялся над этим.

Шерлок бы сказал: «Не нужно искать связь там, где её не может быть. Не нужно, Джон».

Не нужно. Не нужно искать связи там, где их нет. Смысл есть во всём, но не до всех причин нужно докапываться. И уж тем более не нужно говорить то, что ничего не исправит и никого не спасёт.

Не нужно.</i>

***

— Вам нужно сказать это. Вслух.

— Нет.


@темы: Джон Ватсон, "Рейхенбахское падение", Шерлок Холмс, Фанфик, ангст, драббл, преслэш, пропущенная сцена

01:01 

Разрывает

Шизофрения, как и было сказано
Разрывает.

Принять бы что-нибудь... обезболивающее, но нельзя. Вдруг он придёт - сам, без звонка, без просьбы, без предупреждения, вдруг прямо сейчас раздадутся знакомые шаги на лестнице. Снова увидеть в его глазах тот ужас, ту боль - нет, нет! Лучше потерпеть.

Разрывает.

Всегда слишком легко привыкал. Наркотики, никотин, работа, вещи... люди. Давным-давно зарёкся привыкать к людям, и вот - не устоял. А теперь...

Разрывает.

С вещами легче. Кокаин не ревнует к морфию. Сигареты не уходят к другим. Работа не обижается на эксперименты.

Но они не прикрывают спину. Не улыбаются по утрам так, что щемит сердце. Не заваривают чай. Не заставляют поесть.

Не плачут у могилы.

Разрывает.

И как угораздило? Он мягкий и бархатный, он слепяще-светлый, в его глазах магия, его слова чёрным карандашом по меловой бумаге - навсегда отпечатаны в мозгу. Почему не устоял, почему разрешил себе привязаться? И разрешил привязаться ему к себе? Загадка...

На полях старой книги сиреневым "Чушь!" А внизу небесно-голубым: "Просто лирика. Это надо читать сердцем. Попробуй". Попробовал и пол-ночи курил. Дурацкое сердце!

Разрывает.

Выбросившимся на берег дельфином свернулся на диване. Не плакать, не курить, не принимать.

Не надеяться, не верить, не ждать.

Всегда знал, что ничего не получится. Но не мог предположить, что будет так нужно.

Что будет разрывать.

Разрывать проклятую нить между ними, что звенит, болит, кричит, зудит под кожей, когда он рядом, натягивается до болезненного скрипа - и не рвётся, не рвётся! Тянется. Тянет. К нему, ближе, ближе... Но нельзя.

Глупая книга. Глупая нить. Глупый.

Прикосновение.

Осторожное, неуверенное прикосновение того, кто боится. Пришёл. Зовёт.

Всё в порядке, неужели не видно? Глаза, вены - всё чисто. Почему лицом в спинку дивана?

Разрывает же.

Придумать, что сказать. Почему так смотрит? Сказал это вслух?! Чёрт, чёрт, чёрт!..

Что?!

Тоже разрывает? Нет, это же невозможно, он же... Лгать, изворачиваться, притворяться, всё ради его счастья - и всё зря?! Потому что и его...

Разрывает.



@темы: Джон Ватсон, Шерлок Холмс, ангст, драббл, фанфик - слэш

19:27 

Контрабанда

Шизофрения, как и было сказано
Кошку притащил Шерлок. Джон опрокинул на себя чай, когда из кармана пальто раздалось звонкое «Мяу!» и рявкнул в спину пытавшегося смыться в свою комнату детектива:

— Стоять!

Холмс подпрыгнул и обернулся, всем своим видом демонстрируя невероятную занятость, но впечатление портило то, что шуршало и мрякало, и высовывало из кармана любопытный нос.

— Так, — сурово сказал Джон. — Ты арестован за контрабанду котов.

Шерлок захлопал ресницами, как всегда, когда Джон говорил что-то абсолютно неожиданное для гения.

— Контрабанда подлежит конфискации, — и доктор ловко выудил из кармана Беллстафа мелкую черно-белую животину.

— Джон… — неуверенно попытался перебить Шерлок.

— А ты приговариваешься к немедленной ссылке в магазин за кошачьим кормом. Молоко у нас есть.

Джон поднял котёнка на уровень глаз, пытаясь повнимательнее изучить «конфискат», но внезапно оказался втиснут носом в чёрно-серую шерстяную ткань.

— Ше… Шерлок! Осторожнее, кот же!

Сияющий счастливой улыбкой Холмс ответил:

— Это кошка, — отпустил доктора и направился к выходу, но через два шага притормозил. — Э… Джон? А где продаётся кошачий корм?


@темы: Джон Ватсон, Шерлок Холмс, драббл, фанфик - слэш, юмор

13:36 

Фанфик "Немного о вежливости"

Шизофрения, как и было сказано
фикбук


- Доброе утро, - сонно буркнул Джон на пути в ванную.

- Доброе утро, Джон, какой прекрасный солнечный день! - раздалось в ответ.

Джон встал как вкопанный и вытаращился на Шерлока. Тот выглядел совершенно обалдевшим.

- Что за восхитительные вещи говорят тебе мои губы? - выдав это, Шерлок в ужасе зажал себе рот.

- Это эксперимент? - с робкой надеждой спросил Джон. Шерлок замотал головой. - Значит, что-то намагичил и не понял.

Возмущение вновь заставило Холмса заговорить.

- О, мой возлюбленный друг, я знаю, как ты мудр, и безмерно ценю... - Шерлок снова зажал себе рот.

- Ага, понятно, - пробормотал Джон. - Это ты пытался мне сказать, что я идиот. - Шерлок кивнул. - Посмотрим-посмотрим. Сиди смирно.

Джон потер ладони, как всегда перед обследованием, и начал аккуратно прощупывать ауру друга. Щиты, которые Холмс поднял от шока, легко пропустили доктора. Тот водил руками над макушкой Шерлока - ясно же, что все проблемы у детектива от головы.читать дальше

@темы: фанфики юмор, фанфики (джен), персонаж: Джон Ватсон, магический реализм, драббл, Персонаж: Шерлок Холмс

Edalari's home

главная